Пролог

Как иногда иронична Судьба... взять хотя бы планету Гарбаж. Много столетий назад на месте этой планеты было только облако пыли и космического мусора. Пролетавшие мимо корабли иногда задерживались, чтобы надыбать полезного хлама для ремонта, так как облако находилось в месте, из которого в окружающий мир можно попасть только через периодчески открывающиеся то тут, то там, гиперпространстенные воронки. Корабли-первопроходцы всех рас Вселенной рано или поздно попадали в это место. Хуманы назвали это место "Космическое кладбище". Призраки зовут это место "Гиннунгагап". Кибране называли это место "Перекрестком миров". Что думали Биониклы и Боиморфы, достоверно неизвестно. Первые по причине того, что они в те времена еще не изобрели космические корабли и гиперпространственные двигатели, то есть, не начали освоение космоса, а вторые потому, что они вообще никогда не думают. Однако, немногие Биоморфы, наделенные псионическими способностями и, как следствие, способные разговаривать, сообща называют это место "Белым Пятном", потому что в это место не проникают никакие излучения - ни псионические, ни радиоволны, ни тем более свет. Из из него, кстати, тоже. И так случилось, что однажды внутрь этого "подпростнатсвенного пузыря" попал корабль-первопроходец Биониклов. В отличие от своих предшественников, он попал сюда не сам - его затянуло в "червоточину". Из-за того, что пилот не справился с управлением, корабль врезался в корпус кибранского Сверхмира.
Долго описывать дальнейшие события не имеет смысла. Можно только сказать, в качестве стимула для фантазии читателя, что Сверхмир не пострадал, но все Кибране на нем давно отключились, а любознательные Биониклы сдуру пристыковались к нему и послали поисковую группу. Произошел мощнейший взрыв, после которого все обломки и астероиды внезапно начали сплавляться в небольшой шарик. То, что не смогло слиться с новоиспеченной планетой, попадало на её поверхность метеоритным дождем... В результате, в "Космическом кладбище" появилась своя необитаемая планета.

Последующие несколько веков пространственный пузырь посещали только поисково-исследовательские корабли. В конечном счете, все расы, кроме Кибран, которые облетали "Перекресток миров" за сотню-другую парсеков, не сговорившись, решили использовать планету как... свалку. Однако, очень быстро засоренная планета стала непригодна для того, чтобы там могли находиться органические и биомеханические существа, и туда были направлены роботы-мусорщики, которым было приказано навести на планете порядок.

Прошло еще больше столетий, и вот однажды...

Часть первая. Герой или злодейка?

Вихрь энергии взметнулся в черноте и рассыпался мириадами непонятных, и в то же время знакомых слов. Кучка зрительных образов промелькнула перед глазами, сменяя один другой, как испорченная кинопленка. И вот среди всего этого хаоса ясно выделились два слова:
"ТОА"
и
"РУДАКА"...

На груде мусора лежало странное существо. Сложно было причислить его к какой-то расе, и тем более, к какому-либо полу. С одной стороны, у существа было весьма женственное, хотя и неказистое тело, собранное из различных деталей, покрытое спаянными бронепластинами.
"Мне определенно тесны эти доспехи", - пришла в голову мысль. Голубые глаза на змееподобном лице обшарили все вокруг себя. Взгляд зацепился за ноги. Они тоже были разными - одна была похожа на ногу Бионикла, вторая - на ногу Кибранина. Откуда ему были известны такие слова, как "бионикл" и "кибранин", существо не знало. Равно как и не знало, где оно находилось. Зато оно точно знало, как его зовут, и какой у него титул.
- Я - Тоа, - сказал он вслух. Да, голос явно принадлежал не женщине. - Тоа... Рудака?
Осекшись, он еще раз оглядел себя. С одной стороны, в его разуме было что-то явно женское, но с другой стороны, он ощущал себя полноценным Тоа-мужчиной. И от этого странного ощущения двоились мысли и рябило в глазах. Внезапно, высоко в воздухе Тоа Рудака увидел яркий свет. Он приближался. Не желая попасть под этот свет, Тоа Рудака инстинктивно дернулся в сторону, но не удержался на вершине, скатился с горы мусора и оказался за остовом газовой плиты. Источник света - странное существо в маске и с длинными лопастообразными руками, которые стремительно вращались, - приземлился на вершину. У него было нескладное тело и разные ноги, одна короче другой. Однако, умело балансируя, это существо опустило руки-лопасти и осмотрело холм. Затем оно поцокало языком и стало, прыгая на одной ноге, спускаться вниз по тому же склону, по которому только что спускался Рудака.
Тот же в это время пытался понять, кто же такой - или такая? - Рудака, и где он мог раньше слышать это имя. Поэтому он не заметил, как над ним возник лопасторукий, который, к слову сказать, был где-то на голову ниже Тоа Рудаки, и поэтому ему пришлось взобраться на плиту, чтобы сначала сверху вниз посмотреть на пришельца, а затем похлопать его по плечу.
Как только Рудака почувствовал, что кто-то трогает его, он тут же, совершенно не задумываясь, вскочил и с разворота дал ногой нарушителю спокойствия по маске, и буквально в то же мгновение рухнул на колени, ощущая резкую боль в бедре механической ноги. Уродец явно не ожидал удара, так как он замахал руками и стал падать, но вовремя раскрутил их и, поджав ноги, повис в воздухе, как вертолет.
- Потише, новорожденный! - проворчал лапосторукий, снова приземляясь на длинную ногу. - Если ты меня убьешь, Гарбаж лишится очередного скавенжера. Нет, я понимаю, тебе-то без разницы, но кто тогда будет доводить до ума твое бедро, мм?
- Откуда... - искра возникла в соединении ноги и таза, и электричество больно кольнуло нервные окончания. Рудака вскрикнул и развернулся, садясь на землю и опираясь спиной об плиту. - Откуда ты узнал, что у меня проблемы с бедром?
- Ну, положим, я отлично вижу, насколько хреново оно прикреплено к остальному телу, - хмыкнул лапосторукий, снимая со спины небольшой металлический ящик, затем достал оттуда и разложил перед Рудакой какие-то инструменты.
- Кто ты такой? - спросил Рудака, - и что это за названия - "Гарбаж" и "скавенжер"?
- Ты скоро все узнаешь, мой дорогой, - с энтузиазмом откликнулся уродец, напялив на маску сварочные очки и взяв в руки резак и паяльник, - а теперь потерпи, будет немного больно. Лучше, закрой глаза.
Рудака послушно закрыл глаза и расслабился. Он почувствовал боль, когда лапосторукий начал химичить с соединением бедра. Затем он ощутил, как тот пытается разрезать нагрудник.
- Эй, ты что делаешь?! - вскричал Тоа Рудака, давая уродцу пощечину наотмашь.
От удара маска скавенжера съехала набок. Он мрачно поправил ее и рявкнул:
- Дурак, я проверяю твой сердечный датчик! - уродец опять углубился в процесс разрезания нагрудника. Рудака больше не сопротивлялся. Вдруг, лапосторукий громко и грязно выругался, затем добавил: - Эти тупые машины залили его сместью тристронция и адаманта! Теперь хрен распилишь и, главное, никак не отследишь, работает ли он вообще! Боюсь, я тут один не справлюсь - придется тебе прогуляться со мной до мастерской, там у меня есть ассистент и куча дорогостоящего оборудования.
- Ты мне так и не ответил, - с чисто женским хладнокровием ответил Рудака, поднимаясь на ноги. Он почувствовал, что механической ногой стало гораздо легче двигать, - кто ты такой.
- О, великий Бомр!.. - простонал уродец, хватаясь за голову, - Я ведь тебе уже сказал, что я - скавенжер!
- Как тебя зовут, карлик? - настойчиво повторил Тоа Рудака, нависая над лапосторуким. Тот свирепо посмотрел на него, но затем смягчился и опустил глаза на бедро.
- Меня зовут Хмырь, - сообщил он наконец. - И, учти, это имя не я придумывал!
- А я Тоа, Тоа Рудака, - ответил новорожденный, тоже смягчаясь.
- Рудака, значит? То-то я думаю, что это ты так на девчонку внешне похож.
Если бы лицо Тоа Рудаки могло покраснеть, оно бы стало пунцовым.
- А что... заметно? - спросил осторожно Рудака. И вдруг почувствовал, что ему не хватает воздуха. - Дышааааать... - прохрипел Рудака, повторно падая на колени и затем опираясь руками о землю. В глазах все помутнело, а затем его сознание подхватил тот же странный вихрь сумбурных слов и образов. Рудака медленно уплыл в небытие.

* * *

Очнулся он, опять же, лежа на спине. Правда, на этот раз Рудака лежал на операционном столе в хорошо освещенной комнате. Рядом с ним внезапно возникла плоская голова с двумя визорами. Испугавшись, Тоа Рудака вскрикнул и шарахнулся, при этом грохнувшись на пол. Обладателем головы оказался всего лишь небольшой робот-мусорщик, который, видимо, сам испугался, так как его голова теперь торчала из-за края крыши - комната одной стороной выходила на склон мусорной кучи.
Из темноты возникла довольно ухмыляющаяся маска Хмыря:
- А, ты уже проснулся! - он подскочил к Рудаке, помогая тому встать. - Не беспокойся, я, как мог, удалил этот дурацкий нагрудник. По крайней мере, теперь у твоих легких есть определенная свобода, - Хмырь подмигнул Рудаке, тот натянуто улыбнулся.
- Ты, кажется, что-то говорил про "этих тупых машин", которые залили мой "сердечный датчик" смесью "тристронция" и "адаманта"... - припомнил Рудака разговор накануне.
- А, ну да! - кивнул Хмырь. - Видишь ли, ты - очередное творение свихнувшихся роботов-мусорщиков, которые в незапамятные времена были помещены на Гарбаж для утилизации тутошних гор мусора.
- Творение? - переспросил Рудака.
- Угу, - кивнул Хмырь. - Как, собственно, и все мы, кто сейчас живет на Гарбаже. Понимаешь, эти роботы странным образом сломались... у них теперь есть что-то вроде своего разума. Только проблема в том, что этот "разум" основан на программе саморемонта - то есть эти роботы сначала как-то научились находить в мусоре совместимые с ними детали. А потом, в один прекрасный момент, они переключились, - и я не удивлюсь, если им просто наскучило, - с саморемонта на сборку из подручных средств... ну, буквально всего - от миксеров до боевых роботов. Правда, все это не работало и было так отвратительно собрано, что не было понятно, как оно вообще может работать. И вдруг...
В этот момент из темноты возник высокий и худой робот с головой, похожей на рептилью. В одной руке он держал копье с плохо наточенным металлическим наконечником, а в другой он держал щит, сделанный из двери автомобиля. Рудака тут же сжал кулаки и приготовился к драке. Однако, робот не собирался ни с кем драться. Он подошел к Хмырю и посмотрел на него сверху вниз.
- Опять речевой синтезатор перегорел? - спросил Хмырь.
Рептилиеголовый молча кивнул.
- Ну, ложись, что с тобой поделаешь... Слушай, Рудака, ты обожди снаружи, ладно? - попросил Хмырь, подталкивая того к выходу.
- Эм... ну ладно, - Рудака пожал плечами и вышел на склон. Оглядевшись, он увидел под иссиня-черным небом бесконечные, до горизонта, холмы и горы из мусора. То там, то тут виднелись огни - лампы накаливания, костры, факела. - Мнда, какой кошмар, - резюмировал свои наблюдения Рудака и уселся прямо на мусор.
- Эй! - внезапно прямо перед ним повис металлический череп с красным глазом. В зубах его торчала тлеющая сигара. Красный глаз посмотрел сначала влево, потом вправо. - Ржавый, смотри, какая девушка!
Рядом с черепом возник неказистый Бионикл в ржавых доспехах. Он со скрежетом поскреб пальцами подбородок, и сказал:
- Да, Голова, ваще ништяк.
Рудака сидел в исступлении, пока до него не дошло, что именно его приняли за девушку.
- Слышь, девушка, а давай познакомимся? - спросил череп, облетая Рудаку вокруг.
- Да, мы ваще крутые такие, что самому жутко, - усмехнулся ржавый.
Рудака закатил глаза и захлебнулся от возмущения.
- Чё ей не нравится? - спросил удивленно ржавый, заглядывая Тоа Рудаке в глаза.
- Не знаю. А может, она немая? Или у нее, как у Змея, сгорела говорилка?
- Я_НЕ_НЕМОЙ! - проревел во всю свою мужскую глотку Тоа Рудака, вскакивая. - И вообще, я не девушка, кретины! Катились бы лучше, откуда пришли!
От такого ора, Ржавый отпрянул и покатился спиной назад вниз по склону. Череп же от удивления выронил сигару.
- Нифига себе, - только и вымолвил он. - Извини, чел, мы не знали!
- Идиоты, - рявкнул Рудака, - неужели по мне не видно, что я - мужчина?
- Честно сказать, не обидишься? - осторожно спросил череп и на всякий случай отлетел на безопасное расстояние. - Нет.
Рудака схватился за голову и сел на кучу мусора.
-Слышь, а ты откуда такой взялся? - спросил Ржавый, возникая из черноты ночи на склоне рядом с Головой. - Тебя мусорщики собрали?
- Угу, - буркнул Рудака, тупо смотря перед собой.
Голова и Ржавый опасливо приблизились к Тоа Рудаке.
- Ясно, - сказал Ржавый, - а я вот таким с самого начала был. В смысле, Биониклом, - добавил он поспешно. - А доспехи от времени проржавели, а менять их - дело болезненное, а я боли боюсь.
- А меня здесь хуманы забыли, - сообщил Голова, ища глазом в мусоре свою сигару, - Слышь, Ржавый, подай мою сигару, будь другом!
Ржавый кивнул, нагнулся, подобрал сигару, и вставил ее между челюстями Головы. Тот удовлетворенно затянулся. Тут же из рифленой трубки, закрепленной на его на затылке, повалил табачный дым.